Откуда растет телесная тревога?

23.02.2018

В Марануи обычно приходят босиком. Или в шлепках. В рабочих ботинках, заляпанных краской и штукатуркой. В ортопедических туфлях на резиновом ходу или в балетках.

Серебристые двенадцатисантиметровые шпильки так выбивались из этого ряда, что я почти проснулась от своей голодной летаргии. Мы ждали еды уже 50 минут – в Марануи в воскресенье всегда так. Мы исчерпали темы для застольной беседы и выпили с голодухи свой кофе. Я пялилась на гостей, мечтая о большом серферском завтраке, когда получила прямо в мозг этими шпильками.

Над шпильками как будто чьи-то артерии разорвало в клочья на альпийском лугу. Убийственно-алые брючки с широкими цветочными лампасами обтягивали худенький зад. Шпильки ковыляли по всему Марануи за бодрым двухлеткой.

Внезапно это картину пересекло что-то из фильма «Чужой» – тонкие бледные женские ноги в тяжелых берцах. Ноги вырастали из бесформенных вельветовых шортов. На лодыжках бесстыдно кучерявились жесткие черные волосы.

Летаргию как рукой сняло. Волосатые женские ноги были настолько неправильными, что я никак не могла упихать их в ячейку с наклейкой «женщина» в своем сознании.

Это не первая небритая новозеландская женщина, которую я встречаю. Мне постоянно попадаются бариста с рыжеватой порослью под мышками, офисные красотки в платьях без рукавов, которые взмахом руки выбивают меня из зоны комфорта. Целая женская раздевалка в бассейне, пренебрегающая эпиляцией зоны бикини.

Всякий раз эти волосы на чужом теле подают моментальный сигнал прямо в примитивный мозг, минуя сознание: «внимание, атака, чужаки в городе, что-то невыносимо неправильно!».

Меня не пугают женщины лысые, татуированные, ненакрашенные, непричесанные, толстые, худые, одноногие, цветные, одетые, раздетые, завернутые в хиджаб или сари, гетеро или гомосексуальные, старые или сумасшедшие. Меня не пугают мужчины, переодетые женщинами.

Да что там – я всерьез считаю себя человеком прогрессивным и терпимым, живу и даю жить другим.

Отчего последним бастионом на пути к абсолютной терпимости стали эти несчастные волосы на теле – хороший вопрос. Даже не ко мне, а к той среде, в которой я выросла. К той, где женщина всем должна – выглядеть, соответствовать, ухаживать, удобрять и пропалывать себя. В той, где по умолчанию никто не хорош, обязательно нужно сверху шлифануть наждачкой-нулевкой, а потом еще лаком полирнуть. В три слоя.

Я успешно заборола в себе каблуки, миниюбки, прически и макияж, освоила европейско-бомжовый вид, от которого у москвичек болят все зубы. Но жить с небритыми ногами или подмышками я не могу. Серьезно – волосы там чудовищно меня тревожат, и проще сбрить, чем объяснить себе, почему не хочется.

При этом я свято уверена, что чужое тело – не мое дело. И каждый раз, когда мозг бьется в припадке неправильности при виде чужих волос на чужих телах, я с изумлением наблюдаю за собой и своей реакцией. Она тем более странна, что в семье у нас волосы на теле никогда не были ни пугалом, ни вообще темой для разговоров.

Что выстроило эту стену в моем мозгу? Журнал «Маруся» для девочек-подростков? Ранний «Космо» и «Элен и ребята»? Беседы с другими девочками, которые рассказывали, как их грубо обозвали вчера на улице мальчики-ровесники за шерсть на ногах? Разговоры с приятелями-студентами, которые по пьяни доверительно сообщали, что моя подруга с волосатыми ногами совершенно несексапильна?

Почему у меня так широко раздвинуто понятие нормы касательно всего остального, но тут явный сбой? Это работает именно на уровне распознавания образа глазом. Примерно так мы ощущаем как неестественное и чуждое лицо под толстым слоем макияжа. Вроде и человек, но что-то не то.

Для людей, привыкших к «ухоженным» женщинам, это «что-то» воспринимается как небрежность, неухоженность, лень и неуважение к эстетическим ожиданиям ближних.

Каждый раз, сталкиваясь с этим «чем-то», я думаю о другом. Об отсутствии телесной тревоги по поводу этих волос. О спокойном отношении к себе и принятии себя. О безропотном превращении из девочки в женщину – потому что только у неполовозрелых девочек на теле нет волос.

Я уже 50 минут ждала в Марануи свой серферский завтрак и люто завидовала небритым ногам в берцах. Просто потому, что хозяйка этих ног им любящая мать, а не истязательница-мачеха, как я. Она не относится к себе, как пьяный абьюзер, который только и ищет, к чему бы придраться.

Я вообще часто завидую местным, выросшим здесь. У них совсем иначе работают мозги. Просто потому, что им никто никогда не говорил, что так же нельзя. Каждый раз, когда я наталкиваюсь на свое нельзя там, где на самом деле очень даже можно, я так жалею себя-девочку. Жалею и хочу обнять, и разрешить все, что хочется, и сломать нелепые стены в девочкиной голове. Потом иду в душ и брею ноги, да. Некоторые стены в голове – они как Великие Китайские. Я умру, а они останутся…

  • I 24.02.2018 at 17:30

    Хочется как-то прокомментировать, но понимаешь что сказать нечего, потому что все так и есть. Вроде и пора отказаться от бэкграунда, но он невытравим.
    Для меня моментом просветления стала тренер в бассейне. Я на нее каждый раз смотрела и думала что вот же симпатичная девушка, зачем ей эта лесбийско-тюремная стрижка ежиком, могла бы отрастить волосы, блаблабла. А она как-то была разговорчивой и сказала что она пожертвовала волосы больным раком, состригла почти в ноль потому что волосы нужны определенной длины. У меня было такое горячее и всепоглощающее чувство стыда за свою бабскость, что это просто неописуемо словами. После этого случая гораздо меньше стала задаваться вопросом про чужую внешность, потому что, зная окружающих, у них часто оказываются серьезные и уважительные причины почему так а не иначе.

  • oley 01.03.2018 at 09:51

    Мне тоже некомфортно от вида ног, покрытых редким мехом, учитывая, что тут это пока (?) большая редкость. Пожалуй, единственный раз, когда я это наблюдала не мимоходом, был в моей команде фрисби. Я смотрела на эту девочку, и по всему было понятно, что ей в своём теле ну совершенно в кайф и все «эстетические ожидания ближних» эти ближние могут спокойно держать при себе. Я думаю, в каком-то смысле это был вызов общественным нормам и это замечательно.

    С прочей эстетикой я тоже давно разобралась, причем кардинальным образом: когда я знаю цвет трусов половины мужиков в моей команде, мне совершенно фиолетово, что они могут подумать о моём прикиде — мне до их уровня всё равно не дотянуться =)

  • css.php